Public Art

Приговор по мокрому делу

Фонтаны Ванкувера – как и любые фонтаны – забавы с послушной, подчиненной человеку водой, этакая причуда, каприз, когда по прихоти человека воду можно заставить с шумом взлетать струями вверх. Можно услышать водопадами шуршащую вниз. Можно подставить руки под поющие наклонные струи, образующие похожие на морские раковины берсо. Гуляя по городу мы встречаем и те, и другие, и третьи - разные, но, пожалуй, наиболее привычным для нас оформлением фонтана является скульптура в окружении водных струй или потоков, когда фантазия инженеров, соединившись с талантом архитектора или скульптора, рождает удивительные по красоте и разнообразию образцы. Другими словами, фонтаны – это и имена наиболее известных скульпторов, когда-либо творивших в городе. И тут помимо Чарлза Мареги можно назвать и Герхарда Класса, и Джорджа Тсутакава, и Джорджа Норриса..., в именах которых как в зеркале отразилась палитра Ванкувера, как многонационального города. И самое любопытное имя в этом ряду, наверное, Джордж Тсутакава (George Tsutakawa, 1910 – 1997).

Продолжение мокрого дела или, что связывает Бродского с Шекспиром...

Фонтан был задуман как фундаментальный подарок городу от правительства Британской Колумбии во главе с премьером Уильямом Беннетом (W. C. A. Bennett) в честь празднования столетнего юбилея объединения материковой и островной колоний в прекрасную Британскую Колумбию, которой она и вошла в Доминион, и какой мы ее знаем сегодня. Другими словами, в 1966 году. Отчасти, вне сомнения, это был и красивый политический жест со стороны Беннета. На подарок, между прочим, выделялась сумма в четверть миллиона долларов. Но как только появились конкретные планы по возведению фонтана, тут же подняла голову оппозиция, и у нее оказались весомые аргументы против. Как выяснилось, планировалось не только сместить старый, привычный питьевой фонтан Чарлза Мареги, уже полстолетия стоявший перед зданием суда, но и избавиться от двух поразительно красивых магнолий, а на их месте помимо фонтана устроить к тому же городской «асфальтовый рай». Полной победы не добилась ни одна из сторон...

Мокрое дело, и кстати о Пушкине



Летят алмазные фонтаны
С веселым шумом к облакам:
Под ними блещут истуканы
И, мнится, живы; ...
...
Дробясь о мраморны преграды,
Жемчужной, огненной дугой
Валятся, плещут водопады...

А.С.Пушкин

Уж так сложилось, что пишу я в основном об "истуканах", не в прямом смысле, конечно, а фигурально выражаясь. Это главным образом здания и скульптуры, даже не сказать мертвые, потому что они никогда не были живыми, кроме как в стихах Пушкина, а застывшие, словно в дремоте, объекты, которые мы воспринимаем визуально, глазом. К сожалению, и о парках, к примеру, я умудряюсь написать так, как будто мы их только видим... Однако помимо зрения и зрительного восприятия мы обдадаем еще ограниченным числом известных чувств, которые не менее, а порой и более влияют на складывающееся от объекта впечатление.

Вердикт времени

Из всех художественных профессий скульптор, пожалуй, - если не самая, то одна из самых редких. Поэтому неудивительно, что в Ванкувере случился этакий казус: в 1909 году местная газета объявила, что мемориал в память мэра Давида Оппенхеймера (D. Oppenheimer) будет заказан известному американскому скульптору О. Сент-Годенcу (Saint-Gaudens), как, собственно, и предполагал поступить комитет, собравший приличную сумму долларов на осуществление этой идеи. Через две недели выяснилось, что скульптора уже более двух лет нет в живых, и вышла непроизвольная заминка... Никто не знал, как поступить. В Вaнкувере тогда была нехватка многих специалистов, а уж скульптора, тем более хорошего, казалось, не сыскать днем с огнем. Но случай ли, стечение обстоятельств решили иначе – нашелся мастер и «на этом берегу Стикса».

Карло Марега (Carlo Marega) был новым человеком в городе. Он со своей супругой Бертой направлялись в Калифорнию, и Ванкувер стал для молодой пары промежуточной станцией, где они задержались, казалось, ненадолго, так как Берте безумно понравились местные красоты природы – заснеженные горные хребты напоминали швейцарские Альпы, любимые родные места, с которыми пришлось расстаться. И кто знает, как бы сложилась история дальше, не выпади Карло шанс как творцу проявить свой талант, свои способности. Он получил этот заказ, и навсегда остался в Вакувере...

Ah, Wreck Beach...

Смотри, ей весело грустить,
Такой нарядно-обнаженной.
А.А.Ахматова

Вписаться в картину...

Весьма забавный экспонат находится перед входом в здание центральной галереи города (750 Hornby Street)– это удивительная машина без водительского места или две задние половины микроавтобусов, сваренные, как будто по ошибке, в единое целое. Обратите на нее внимание, входя в галерею. Не проглядите это разноцветное диво с прицепом.

Бермудский треугольник отдыхает...

Скоро праздник. Георгиевские ленточки развеваются по всей столице. Элегантно они смотрятся на мерседесах, ауди, фольксвагенах и прочих опелях. На камазах... зато убедительнее. Молодежь и себя украшает. Одна девица привязала ленточку к джинсам. Хорошо не сзади. Хотя... сзади у нее так убедительно - камаз отдыхает.
Михаил Бару. Похвальное слово о Москве

История с часами

И чуть ворча часы идут...
В.Набоков

Syndicate content